14 февраля 2007 года. Среда.

Наступил день всех влюбленных. В школе творился настоящий хаос. Кругом валялись поздравительные открытки, летали по кабинетам воздушные шары. Настроение у всех было праздничное. Многие учащиеся репетировали в актовом зале свои вечерние выступления. В общем, учебный день пролетел для всех незаметно.


Сразу после уроков я решила отправиться по данному Виктором Петровичем адресу. Было необходимо ехать в Старый район города, который я плохо знала. Я бывала здесь очень редко, потому что этот район был популярен мошенничеством, наркотиками и продажей проституток. Поэтому мы старались сюда не соваться, в отличие от Воронов.

Найдя в кармане мелочь, я заплатила за проезд контролеру автобуса и направилась в нужную сторону. Дома в районе были низкие, темные, кое-где были выбиты окна, провалена крыша. Улицы были тихими и молчаливыми, будто таили в своих подворотнях что-то неожиданное. Я быстро нашла нужный мне адрес, дом которого был высоким и светлым, по сравнению с остальными. В окнах виднелись занавески, во дворе на привязи сидела собака. Когда я вошла во двор, маленькая собачка залаяла.
— Тихо, тихо, — говорила я, пытаясь погладить ее.
На крыльцо дома сразу вышла полная женщина средних лет, застегивая на себе пальто. Она подозрительно посмотрела на меня и спросила:

— Вам кого?
— Здравствуйте, — улыбнулась я, спустив с плеча сумку и подойдя к женщине. – Мне нужны Кудасовы Алексей Афанасьевич и Галина Валерьевна.
— Это я Галина Валерьевна, — ответила она.

Я заметила, что женщина смотрит на меня с недоверием, и попыталась быстрее объяснить причину своего визита.
— Извините, что отнимаю у Вас время, — заговорила я. – Вы наверняка помните пожар в лесу в сентябре 2005-го года. В том пожаре погибла моя подруга…
Далее я поняла, что говорить о своем собственном расследовании было бы глупо, ведь я была еще школьницей, хоть и выпускницей. Поэтому я решила немного солгать.

— …теперь мы с ее семьей ищем причину того несчастного случая. И я хотела бы задать Вам пару вопросов.
— Я слушаю, — кивнула Галина Валерьевна.
— Вы обнаружили возгорание и вызвали пожарную службу. Скажите, слышали ли Вы голоса или крики о помощи из дома?
— Мы уже говорили следователю, что ничего не слышали. Алексей, мой муж, побежал в город, чтобы вызвать по телефону пожарную машину, а я осталась около загоревшегося дома. Но никаких звуков, кроме треска горевших досок, я не слышала. Я и представить себе не могла, что в доме кто-то был, ведь он всегда пустовал. Это позже выяснилось, что за домом стоял мотоцикл. Если бы мы заметили его раньше, то могли догадаться, что в доме есть люди.
— Может быть, Вы видели в лесу еще кого-то?
— Вроде нет, — пожала она плечами.

Гуляем мыЯ не знала, что еще можно спросить. Но то, что свидетели ничего не слышали, было странным. Это сразу наводило на мысль, что Олеся и ее друг уже были мертвы, когда дом горел. Я попросила женщину позвонить мне, если они что-то вспомнят, и поспешила убраться из этого злополучного района. В этот день я собиралась заехать и к родителям погибшего Кристиана, а они жили совсем в другом районе. Это был самый дорогой район города – Новомостовой. Двухэтажные особняки здесь были «по карману» не каждому. Но видимо семья Фоер могла позволить себе жить в таких шикарных условиях. Их дом был огорожен высоким забором, а у ворот был домофон. Никакого страха перед богатыми я не испытывала, поэтому смело нажала кнопку звонка. Послышались гудки, а потом женский голос:

— Кто? – спросила она.
— Меня зовут Татьяна Зверева, — представилась я. – Я ищу Георгия Третьякова – друга Вашего покойного сына…

И снова гудки. Я поняла, женщина отключила домофон. Я настойчиво ждала, но никто не выходил. Несколько раз пыталась заговорить с хозяйкой по тому же самому домофону, но безрезультатно, она не хотела говорить со мной. Я ждала. Ходила около забора и ворот, пыталась заглянуть во двор. Но это было бесполезно.

Вдруг к дому подъехала машина такси, из которой вышла Илана. Я сразу узнала ее по длинным кудрявым волосам, зачесанным назад и закрепленными ободком. Она была одета в короткую шубку и черные брючки, заправленные в высокие сапоги. Рассчитавшись с водителем, она приблизилась ко мне и спросила:

— Ты кого-то ищешь?
— Да, — замешкалась я под взором ее черных глаз. – Я бы хотела поговорить с кем-нибудь из вашей семьи по поводу исчезновения Георгия Третьякова и гибели вашего близкого человека.
— И? – многозначительно добавила она.
— Дело в том, что есть подозрения в убийстве твоего брата.
— Следствие закрыто, — улыбнулась Илана. – Это был несчастный случай.

Поведение девушки показалось мне очень странным. Она нисколько не удивилась моим словам, а наоборот даже повеселела.
— Кому-то было сподручно закрыть дело именно так! – воскликнула я от злости, нахлынувшей на меня.
Но Илана проигнорировала мои слова и направилась к воротам. Достав из кармана электронный ключ, она открыла дверь и, повернувшись ко мне, сказала:
— Найдешь убийцу, сообщи.
— А помочь мне ты не хочешь? – удивилась я ее спокойствию.
— Нет, — произнесла она и закрыла за собой ворота.

Такое отношение к моим словам со стороны семьи Фоер было для меня шоком. Я не ожидала их хладнокровия. Едва сдержавшись, чтобы не заплакать от такого бессердечия, я повернулась в другую сторону дороги, взглянула на лес и горы, расположенные за рекой и глубоко вздохнула.
— Я найду убийцу, — уверенно прошептала я, чтобы ободрить саму себя.

Потом направилась к автобусной остановке, как заметила, что мимо меня проехал шикарный дорогой автомобиль. Я обернулась, он остановился у ворот Фоеров, и когда ворота открылись автоматически, въехал во двор. За тонировкой автомобильных стекол не было видно водителя, но не он меня заинтересовал. Я сразу подумала о финансовом состоянии этой семьи и предположила, что они могли бы с легкостью закрыть то расследование со своими возможностями.

Я приехала домой в пятом часу вечера и решила немного отдохнуть и подумать, прежде чем начинать собираться на праздничный концерт. Усевшись за компьютер, я быстро отыскала в старых папках файлы с фотографиями Олеси. Еще задолго до своей гибели она внесла их в мой компьютер на всякий случай. Я надеялась найти на этих фото хоть кого-то подозрительного. Внимательно просматривала каждый снимок, пока не наткнулась на фото Кристиана. Мое внимание сразу привлекли его глаза. Они были черными, как ночь, и казалось, пронизывали меня насквозь. Они завораживали, вводили в состояние гипноза. Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза, вспоминая нашу единственную встречу. Я практически не запомнила его лица, только сплошные пирсинги. Но отлично помнила его голос. Он был грубым и хрипловатым, но в то же время нежным. Такого голоса я больше никогда не слышала. В тот момент я отчетливо вспомнила его слова, когда он говорил мне о вреде курения, а просила бросить эту философию.

Сейчас я понимаю, что с таким голосом можно быть настоящим оратором, петь песни или рассказывать стихи. Но голос казался близким, слишком близким, будто я слышала его вчера. Тогда в мою память внезапно врезались стихи Криса, его голос, его… Глаза!

— Вчера, — произнесла я и распахнула глаза, взглянув на фото Кристиана, по-прежнему светившееся на мониторе компьютера. – Вчера я слышала этот голос, видела эти глаза, — в ужасе шептала я самой себе. Я подскочила с места и нервно заходила комнате. Мое собственное открытие стало кошмарной неожиданностью. Я была уверена, что Крис – это Кристиан! Он даже имени не изменил! Но как он мог спастись? Почему он скрывается? Кто же тогда погиб в том доме? Может, он и есть убийца? Маньяк? Эти вопросы навеяли на меня страх.

— Может, я просто начинаю искать Кристиана во всех окружающих? – шептала я, успокаивая себя. – Наверняка это бред…

Тогда я вновь подумала о том, как семейство Фоер богаты. Они с легкостью могли бы закрыть это дело раз и навсегда. А это наводило только на одну мысль, Кристиан и есть убийца, который расправился с Олесей и тем, кто погиб с ней, а потом замел все свои следы поджогом. От раздумий меня отвлекла мама, которая вошла в комнату и сказала, что Андрей уже приехал за мной. Я быстро надела короткое красное платье, причесала волосы, подкрасила глаза и вышла. Автомобиль стоял уже у подъезда. Едва я села в машину, как Андрей вручил мне маленькую коробочку, обшитую алым бархатом, и сказал:

— Поздравляю с Днем всех влюбленных.
— Андрей, — произнесла я, не ожидая этого. — Мне очень приятно, но…
— Я ни на что не намекаю, — перебил он меня, — просто хочу, чтобы ты приняла его по-дружески.
— Ладно, — улыбнулась я и открыла коробочку. Передо мной сверкнуло блестящее золотое колечко с симпатичным камешком. — Нет, я не могу это принять.
— Таня, не переживай, — проговорил Андрей. — Оно не дорогое и совсем не обручальное. Просто я заметил, что твои пальцы пустуют. Решил, что хотя бы одну руку должно украшать колечко. Конечно, я не навязываю его тебе. Если не хочешь, можешь не брать.
Мне стало жаль Андрея, я не хотела его обижать, тем более что у меня действительно не было ни одного кольца. Поэтому я приняла его, надев на безымянный палец левой руки.
— Отлично, — улыбнулась я, — размер подошел. Большое спасибо. Извини, что я не приготовила тебе подарок, хотя…

Тут я вспомнила о том, что пару дней назад ходила с Ирой в магазин и приобрела валентинку. Быстро отыскав ее в сумке, я подала ее Андрею.
— Здорово, — восхищенно сказал он и прикрепил ее к зеркалу. — Чтобы всегда помнить о тебе.
Тогда мне хотелось рассказать ему о том, что я узнала, но у меня не было доказательств, и я решила пока молчать.

Мы быстро доехали до школы и сразу вошли в актовый зал, где нас уже ждала Ира, которая заняла места на первом ряду, чтобы мы могли хорошо видеть ее выступление. Внешний вид Иры мне напомнил Олесю. Они были очень похожи, а тогда она надела вечернее платье своей сестры и сделала ее любимую прическу. Рядом с ней, я будто вернулась в прошлое.
— Через пять минут начнется концерт, — сообщила Ира, провожая нас до занятых мест. — Сними меня, — она подала мне карманную камеру.
— Хорошо, — согласилась я. — А где твой интернет-знакомый?
— Он вышел минуту назад, — сказала она. — Это его место, — Ира указала на сиденье, соседнее с моим. — Все, я побежала.

Начался концерт, который был довольно интересным и зажигательным. Сначала две девушки исполнили танец, а потом на сцену вышла Ира. Андрей решил сам заняться съемкой ее выступления и взял у меня камеру, чтобы я могла свободно наслаждаться концертом. Ира запела песню Мики Ньютон из фильма «Кадетство» под названием «Белые лошади».
— Уже одиннадцать ноль одна, — запела она плавно и красиво. Послышались громкие аплодисменты и выкрики из зала, но Ира не сбилась и продолжила, — И я иду из вечерней школы, а ночь таинственна и темна, и ей не спится от рок-н-ролла…

Я слушала Иру с огромным удовольствием. Она пела очень звонко и талантливо, плавно двигалась по сцене, а позади нее танцевали две пары молодых людей. Казалось, что шел самый настоящий большой концерт.

Внезапно на соседнее место уселся парень в черном костюме без галстука. Я сразу взглянула на него и удивленно прошептала:

— Ты?
— Привет, — улыбнулся он, сверкнув своими черными глазами.
Я не могла подобрать подходящих слов, чтобы выразить свое негодование. Всего пару часов назад я раскрыла для себя шокирующую тайну, которая сейчас возникла передо мной в материальном отношении.
— Это место занято, — сквозь зубы произнесла я.
— Для меня, — спокойно ответил Крис и стал следить за Ирой.

Я отстранилась от него и приблизилась к Андрею, который решил, что я проявляю к нему какую-то симпатию, и приобнял меня свободной рукой за плечи.
— Меня назвали ни в честь нее, но лишь она по ночам мне снится, — продолжала петь Ира, — Пусть кто-то третий о нас поет, а мы опять улетим как птицы. Над этим городом, над этой площадью черные вороны…

Я сразу вспомнила банду Георгия Третьякова. Странно, но мне «черные вороны» показались сигналом, знаком, указателем. Невольно я смотрела на рядом сидящего Криса и пыталась успокоить себя, думая, что он не может быть Кристианом. Я даже не заметила, как Ира перестала петь. После громких аплодисментов ей вручили букет цветов, и она спустилась к нам в зал, но сразу удалилась куда-то с Крисом. Тогда я поняла, что он и есть тот парень, с которым она познакомилась в социальных сетях. Выступления других артистов меня уже вообще не интересовали. С трудом дождавшись пока закончится концерт и начнется дискотека, я сразу отправилась с Андреем танцевать. Но это продолжалось недолго, потому что вернулись Ира и Крис. Я бросила пренебрежительный взгляд на парня и заметила, что он пристально смотрит на меня. Потом Ира попросила меня их сфотографировать, но то, что произошло дальше, едва не сбило меня с ног.
— Могу я пригласить твою девушку на один танец? — поинтересовался Крис у Андрея.
— Если она не против, я разрешаю, — улыбнулся Андрей, довольный тем, что меня назвали его девушкой.

А Ира наоборот даже сменила улыбку на злобное выражение лица. Я решила, что она приревновала, но пыталась не подавать виду и сразу потянула танцевать Андрея. Мне ничего не оставалось, как согласиться на предложение Криса. Он взял меня за руку и потянул в танцующую толпу. Его рука была такой теплой и нежной, что мне казалось, будто таких прикосновений нет больше ни у кого в мире. Зазвучала медленная музыка, и он обнял меня за талию. Я медленно и неуверенно положила свои руки на его плечи, и мы стали двигаться в ритм музыки. Он, молча, смотрел мне в глаза, которые я пыталась отвести в сторону. А он притягивал меня все ближе, и вскоре я чувствовала его учащенное дыхание. А через мгновенье ритм музыки стал быстрее. А уже спустя несколько секунд стал совсем быстрым, и мы задвигались как профессионалы.

Крис крепко держал меня за руку, я то отдалялась, то снова приближалась. Он быстро реагировал на мои повороты, успевал ухватить меня за талию, приподнять или наоборот помочь наклониться назад. Мы даже не заметили, как все окружающие уже не танцевали, а просто смотрели за нашим танцем, освободив для нас площадку. Это танец завораживал нас обоих, казалось, что мы пытались выплеснуть всю накопившуюся энергию, освободиться от тяжелых душевных грузов. Музыка прервалась, когда я оказалась в объятиях парня и пристально смотрела в его глаза. Нам аплодировали гораздо громче, чем даже отличному выступлению Иры. Но мы не реагировали на эти звуки, а продолжали смотреть в глаза друг другу, тяжело дыша.

— Где ты научилась так хорошо танцевать? — прошептал он.
— Последние полтора года я много тренировалась, чтобы быстрее залечить покалеченное колено, — ответила я. — А ты?
— Тренировался, чтобы залечить покалеченное сердце.
После этих слов, я почувствовала, как Андрей тянет меня за руку.
Продолжение…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *